Всеволод Бобров. Тульский ракурс

Сегодня исполнилось 90 лет со дня рождения Всеволода Боброва. «ТФ» дописывает юбилейный портрет легендарного футболиста, хоккеиста и тренера несколькими мазками, имеющими отношение к Тульской области.

Разглядевший Купрюхина

Косогорский парень Павел Купрюхин, как и почти все мальчишки послевоенных лет, не мыслил жизни без футбола. Но до армии о спортивной карьере он и не думал: выступал в то время за вторую команду металлургического завода — в первую не проходил.

Одним из крёстных отцов будущего левого крайнего нападающего ЦДСА стал Бобров. Вместе с Григорием Федотовым он приехал на футбольный турнир Ленинградского военного округа, в котором в составе команды Балтфлота играл Купрюхин. В ту пору вся селекция велась воочию, и внимание мэтров привлёк паренёк, обладавший блестящей скоростью. После матча Федотов и Бобров пригласили Павла потренироваться с главной армейской командой. Купрюхин провёл в ЦДСА (впоследствии ЦСК МО) три сезона — с 1955 по 1957 годы, и хотя железным игроком основы так и не стал, всё же запомнился болельщикам даже на фоне звёзд той поры — Валентина Емышева, Владимира Агапова, Юрия Беляева. Увы, армейскую карьеру Купрюхина прервала тяжёлая травма, после которой он отправился в Группу советских войск в ГДР, а затем вернулся в Тулу.

...и понявший Разинского

Будущий олимпийский чемпион Мельбурна-56 Борис Разинский начинал играть в юношеской команде тульского «Пищевика» на позиции центрафорварда. И несмотря на то, что большую часть карьеры провёл в воротах, его всё равно тянуло вперёд, забивать. Экспериментировать Разинскому позволяли и в ЦСКА, но боялись, что основной вратарь получит травму, а потому оба гола в 1961 году он забил не с игры, а с пенальти, поразив ворота ереванского «Спартака» и ташкентского «Пахтакора».

Зато когда в сезоне-63 Борис перебрался в одесский «Черноморец», осуществить мечту удалось. Во время матча с рижской «Даугавой» Разинский попросил тренера одесситов Боброва позволить ему поиграть в нападении. «Всеволод Михайлович видел, как горячо рвётся Разинский в нападение, понимал душу спортсмена. И Бобров оказался единственным тренером, который рискнул временно потерять хорошего вратаря, зато доставить одному из своих подопечных огромное моральное удовлетворение. „Человеческий фактор“ был для Боброва важнее, чем пресловутая „проблема очков“. В итоге во втором тайме вратарь Разинский стал играть нападающим, о чём и было не без удивления сообщено в отчёте на страницах „Советского спорта“», — писал Анатолий Салуцкий в биографии Боброва в серии «ЖЗЛ». В составе «Черноморца» Борис отличился трижды, зато в липецком «Металлурге» в 1967-68 годах за два сезона наколотил 23 мяча.

Богатырский удар

Известный тульский тренер Виктор Макарцев, воспитавший Давыдова и Шишкина, Прохорова и Бабенко, Иващенко и Кузнецова, волей судьбы не смог заиграть на высшем уровне, как его земляк Купрюхин. Во время армейской службы он прошёл отбор в московском «Динамо», но карьере помешал карибский кризис: однажды ночью всё будущее пополнение бело-голубых отправили к местам службы. Макарцев оказался в Новороссийске, где стал играющим тренером местной динамовской команды. Тут, на черноморском побережье, он увидел, как играет Бобров.

— Бобров поразил в первую очередь своим мощнейшим ударом: в одном из моментов он пробил по воротам из центрального круга, и мяч, ударившись в крестовину, отскочил за радиус штрафной площади, — рассказывал Макарцев.

Почти идеальный человек

В хоккее Бобров звезда не меньшей яркости, чем в футболе. Золото первого в истории советской сборной чемпионата мира в 54-м и первой зимней Олимпиады в 56-м он завоёвывал вместе с уроженцами Тульской области Дмитрием Уколовым из Киреевского района и Александром Уваровым из Одоева. Последний в интервью, данном еженедельнику «Хоккей» уже в 1992 году, называл Боброва самым талантливым игроком, с которым доводилось выходить на лёд.

— Талантлив был от природы — как никто, — вспоминал Уваров. — Вообще талантлив — не только как хоккеист. И с головой всё в порядке. И человек почти идеальный. В игре мог быть злым. Даже со своими. Сердился, когда его не понимали. Женьку Бабича как-то прямо по ноге ударил в сердцах. В общем, заводной был.